M>>Зачем? Чтобы Лотман тебе рассказал, какое это веикое произведение, ведь иначе, без комментариев, и не разобраться?
HH>Нет, что это великое произведение я знаю и без Лотмана.
HH>Лотман и другие комментаторы нужны как минимум для того, чтобы понять те вещи, которые были понятны современникам Пушкина, то что сейчас изменилось.

Зачем это в школе?

HH>Кроме того, читать комментарии, это вообще в традициях моего народа.
HH>Просто я в отличие от некоторых считаю, что перед тем как что-то выкидывать на помойку, это надо очень серьезно изучить.

Изучи Донцову

M>>Если на то, чтобы понять, какое великое произведение ЕО, надо потратить годы? Нафига он тогда в школьной программе? Я же говорю, это интересно только филологам и литературоведам.
HH>В школьной программе оно для того, чтобы к нему вернулись потом.

Есть множество произведений, к которым я вернулся потом и безо всякой школьной программы. Количество людей же, вернувшихся к ЕО, стремится к нулю. Это во-первых.

Во-вторых, это не ответ на мой вопрос.

Если для того, чтобы понять, что произведение велико, надо тратить годы исследований, то:
— это произведение даже близко не великое
— это произведение даром не нужно в школе

HH>Другое дело, что изучается оно плохо. Да, я считаю что школьная литература это и должны быть основы филологии.

Зачем?

HH>Вообще я должен признаться, что не умею читать литературу, этому ведь должны учить (sic!), а в школе учили плохо.



M>>Зачем? Именно из-за этого интеллектуального онанизма большинство учеников ненавидят литературу.
HH>Похоже что ненавидят литературу, потому что объясняли не то и не так. В этом основная проблема, а не в ЕО.
HH>Вообще любая тема может быть интересной, если лектор талантлив.

Это справделиво лишь отчасти. Но ты не ответил на вопрос: нафига этот интеллектуальный онанизм на тему «проведите параллели между Чацким и Онегиным»? Это входит в школьную программу, является (наряду с кучей другого онанизма) постоянной темой сочинений и экзаменов. И никаким «таланливым лектором» это не исправляется.