Здравствуйте, Cyberax, Вы писали:

C>Есть. Можно спросить у автора. Поэтому критики очень любят классиков. У классиков есть огромное преимущество — они уже давно мёртвые.
То есть вы считаете, что если автор умер, то нет никакого способа предпочесть одну интерпретацию другой?

C>Инстинктивные реакции вида "Пушкин — наше фсьо".
Это не более чем Ваша интерпретация, причем она бесполезна именно для Вас.
Потому что не дает возможности Вам понять что-то отличающееся от Вашего мнения.

HH>>То есть он писал про абсолютно пустого и неинтересного самому себе героя? То есть был не только графоманом, но и мазохистом, потратив на это семь лет своей жизни?
C>Да. А что?
Дело в том, что такая интерпретация могла бы меня устроить. В конце концов, это можно было рассматривать как сатиру.
Но она меня не устраивала. Видите ли, мне всегда казалось чем то неправильным, когда какого-то человека считают безнадежным.
В этом я всегда видел какую-то жестокость, которая скорее присуща молодым пионерам, или критику Писареву, но не Пушкину.
Вы скажете, что Пушкин был жесток. Ок, это Ваша интерпретация, но что мы читаем в тексте романа?
"Мы считаем всех нулями, а единицами себя, мы все глядим в Наполеоны" -тот кто это пишет, против того, чтобы считать всех нулями.
Пушкин не мог считать Онегина нулем, потому что он против того, чтобы считать других нулями.
Таким образом интерпретации не равнозначны, и если человек пытается действительно понять что написано, он предпочтет ту
интерпретацию, которая покажется ему менее противоречивой.